Пища для ума

Уже очень давно наткнулась где-то в интернете на Веру Полозкову. С тех пор, когда делать нечего от скуки, и ли нечего от грусти, читаю ее. Каждый раз удивляюсь, как можно настолько чувствовать

Хочется выкупить у какого-нибудь пожилого инженера универсальный декодер - и обрести дар всегда быть понятым правильно
Хочется сгрести воедино свою жизнь, как груду костей, и составить ровный позвоночник, и ребра, и череп, и все берцовые и лучевые, ничего не упустив, и узнать наконец, что же я за зверь
Хочется уметь правильно монтировать жизнь, без пауз, глупых перебивок и неудачных дублей
Хочется каждую минуту знать, что тебе хватит сил на всю ту огромную важную жизнь, которую ты себе надумал
Хочется, чтобы мои ребята, крепкие, хрусткие, свежие, как зеленые яблоки, были наглы, веселы и счастливы и иногда звонили сообщить мне, что соскучились
Хочется, чтобы все были рядом, но никого - над душой
Хочется уметь режим, пунктуальность и исполнять обещания
Хочется не бояться маминой смерти и не пытаться представить, каким будет мир, когда ты больше не сможешь прийти к ней под бок пожелать спокойной ночи и прохохотать с нею в итоге до пяти утра
Хочется везде ездить, но чтобы где-то был - дом
Хочется всегда ощущать, какое это баснословное везение - быть таким живым
Хочется уметь просыпаться пятилетним в палатке рядом с мамой, тринадцатилетним, впервые собирающимся на журфак, или в лете, на краю земли, рядом с любимой, загорелой, совершенно ослепительной спиной
Хочется заслужить себе по-настоящему крутую, мудрую, стильную, ироничную, насыщенную старость
Хочется, чтобы волосы нужной длины вырастали за два часа в специальной камере
Хочется раздать нафиг всю адову прорву вещей и книг
Хочется научиться проникать любимым людям в головы с ведром и шваброй и все дочиста отмывать там от параной, предрассудков и заблуждений
Хочется, чтобы Король на самом деле был жив - сидел сейчас где-нибудь на частном острове у Занзибара, с семилетним Блэнкетом на коленях, праздновал свободу, цитировал Элизабет по телефону очередную статью о результатах собственного вскрытия и смеялся, не стесняясь больше рассыпающегося лица

Что еще тебе рассказать? Надо жить у моря, мама, надо делать, что
нравится, и по возможности ничего не усложнять; это ведь только вопрос
выбора, мама: месяцами пожирать себя за то, что не сделано, упущено и
потрачено впустую – или решить, что оставшейся жизни как раз хватит на
то, чтобы все успеть, и приняться за дело; век пилить ближнего своего за
то, какое он тупое неповоротливое ничтожество – или начать хвалить за
маленькие достиженьица и победки, чтобы он расцвел и почувствовал
собственную нужность – раз ты все равно с ним, и любишь его, зачем
портить кровь ему и себе? Говорить «конечно, ты же бросишь меня», и
воскликнуть торжествующе «так я и знала!», когда бросит, - или не думать
об этом совсем, радоваться факту существования вместе, делать вместе
глупости и открытия и не проедать в любимом человеке дыру по поводу
того, что случится или не случится? Всегда говорить «я не смогу», «глупо
даже начинать» - или один раз наплевать на все и попробовать? И даже
если не получится – изобрести другой способ и попробовать снова? Считать
любого, кто нравится тебе, заведомо мудаком и садистом, складывать руки
на груди, язвить, ухмыляться, говорить «переубеди меня» - или один раз
сдаться и сказать «слушай, я в ужасе оттого, сколько власти ты имеешь
надо мной, ты потрясающий, мне очень страшно, давай поговорим»? Быть
всегда уперто-правым, как говорит Алена, и всем в два хода давать
понять, кто тут босс – и остаться в итоге в одиночестве, в обнимку со
своей идиотской правотой – или один раз проглотить спесь, прийти
мириться первым, сказать «я готов тебя выслушать, объясни мне, что
происходит»? Раз уж ты все равно думаешь об этом днями напролет? Быть
гордым и обойденным судьбой, Никто-Меня-Не-Любит-2009 – или глубоко
вдохнуть и попросить о помощи, когда нужна, - и получить помощь, что
самое невероятное? Ненавидеть годами за то, как несправедливо обошлись с
тобой – или, раз это так тебя мучает, один раз позвонить и спросить
самым спокойным из голосов «слушай, я не могу понять, почему»? Двадцать
лет убиваться по ушедшей любви – или собрать волю в кулак, позволить
себе заново доверяться, открываться, завязать отношения и быть
счастливым? Во втором гораздо больше доблести, на мой взгляд, чем в
первом, для первого вообще не требуется никаких душевных усилий.
Прочитать про себя мерзость и расстроиться на неделю – или пожать
плечами и подумать, как тебе искренне жаль написавшего? Страдать и
считать, что мир это дрянная шутка Архитектора Матрицы, тыкать в свои
шрамы как в ордена, грустно иронизировать насчет безнадежности своего
положения – или начать признаваться себе в том, что вкусное – вкусно,
теплое – согревает, красивое – заставляет глаз ликовать, хорошие –
улыбаются, щедрые – готовы делиться, а не все это вместе издевка
небесная, еще один способ тебя унизить? Господи, это так просто, мама,
от этого такое хмельное ощущение всемогущества – не понимаю, почему это
не всем так очевидно, как мне; все на свете просто вопрос выбора, не
более того; не существует никаких заданностей, предопределенностей,
недостижимых вершин; ты сам себе гвоздь в сапоге и дурная примета; это
ты выбрал быть жалким, никчемным и одиноким – или счастливым и нужным,
никто за тебя не решил, никто не способен за тебя решить, если ты
против. Если тебе удобнее думать так, чтобы ничего не предпринимать –
живи как жил, только не смей жаловаться на обстоятельства – в мире, где
люди покоряют Эвересты, записывают мультиплатиновые диски и берут осадой
самых неприступных красавиц, будучи безвестными очкастыми клерками – у
тебя нет права говорить, будто что-то даже в теории невозможно. Да, для
этого нужно иметь волю – нужно всего-то выбрать и быть верным своему
выбору до конца; только-то. Вселенная гибкий и чуткий материал, из нее
можно слепить хоть Пьяцца Маттеи, хоть район Солнцево – ты единственный,
кто должен выбрать, что лепить. Я считала, что это с любыми
материальными вещами работает, только не с людьми; хочешь денег – будут,
славы – обрушится, путешествий – только назначь маршрут; но события
последних недель доказывают, мама, что с людьми такая же история, будь
они трижды холодными скалами, колючими звездами – просто перестань
считать их колючими звездами и один раз поговори, как с самим собой,
живым, теплым и перепуганным – вот удивишься, как все изменится.
 Преобразится, мама.
Вера Полозкова

лучше йогурта по утрам
только водка и гренадин.
обещай себе жить без драм -
и живи один.
 все слова переврутся сплошь,
а тебе за них отвечать.
постарайся не множить ложь
и учись молчать.
 Бог приложит свой стетоскоп -
а внутри темнота и тишь.
запрети себе множить скорбь -
да и зазвучишь.

"На страдание мне не осталось времени никакого. 
 Надо говорить толково, писать толково"

***

А где в тебе чувство, там за него и месть-то. 
Давай, как кругом рассеется сизый дым, 
Мы встретимся в центре где-нибудь, посидим. 
На мне от тебя не будет живого места, 
А ты, как всегда, окажешься невредим.

***

Видишь – после тебя остается пустошь 
В каждой глазнице, и наступает тишь. 
«Я-то все жду, когда ты меня отпустишь. 
Я-то все жду, когда ты меня простишь».
 

***

Что ж вам слышно там, на такой-то кошмарной громкости? 
Где ж в вас место для этой хрупкости, этой ломкости? 
И куда вы сдаете пустые емкости 
Из-под всех этих крепких слов?

***

Предостереженья «ты плохо кончишь» - сплошь клоунада. 
Я умею жить что в торнадо, что без торнадо. 
Не насильственной смерти бояться надо, 
А насильственной жизни – оно страшнее.

***

Он не успел обрести той женщины, что читалась бы по руке, 
И никто не висит у него на шее, 
 ну кроме крестика на шнурке.

***

Страшно хочется, чтоб она тебя обожала, 
Баловала и берегла. 
И напомни мне, чтоб я больше не приезжала. 
Чтобы я действительно не смогла.

 ***

И хохотать про себя от злобы, 
В прихожей сидя до темноты: 
Со мной отчаянно повезло бы 
Кому-то, пахнущему, как ты.